Библиотека для детей

 

Сказка Туве Янссон. Шляпа волшебника — Глава четвертая

Сказка Туве Янссон. Шляпа волшебника — Глава четвертая

 

Глава четвертая,
в которой фрекен Снорк лысеет при ночном набеге хатифнаттов и в которой рассказывается о чрезвычайно странной находке на берегу необитаемого острова

Фрекен Снорк проснулась среди ночи от ужасного ощущения: что-то коснулось ее лица. Не смея открыть глаза, она с беспокойством принюхалась. Пахло гарью! Фрекен Снорк натянула на голову одеяло и позвала вполголоса:
— Муми-тролль! Муми-тролль!
Муми-тролль тотчас проснулся.
— В чем дело? — спросил он.
— К нам забрался кто-то страшный, — сказала из-под одеяла фрекен Снорк. — Я чувствую, среди нас есть кто-то страшный!
Муми-тролль уставился в темноту. В палатке и вправду творилось неладное. Вспыхивали какие-то огоньки, какие-то бледно светящиеся тени сновали между спящими. Муми-тролль потряс Снусмумрика за плечо.
— Посмотри-ка! — испуганно сказал он. — Привидения!
— Нет, — ответил Снусмумрик. — Это хатифнатты. Их наэлектризовало грозой, и они засветились. Лежи тихо, а то ударит током!
Казалось, хатифнатты что-то искали. Они рылись во всех корзинах, запах гари усиливался. Внезапно все хатифнатты сбились в углу, где спал Хемуль.
— Не вздуют они его, как ты думаешь? — тревожно спросил Муми-тролль.
— Скорее всего они ищут барометр, — ответил Снусмумрик. — Я не советовал ему брать барометр. И вот они явились за ним!
Хатифнатты сообща принялись вытаскивать барометр. Они переступили через Хемуля, чтобы поудобнее ухватиться за барометр, и теперь уж не гарью пахло, а прямо-таки чадило вовсю.
Снифф проснулся и захныкал. И в тот же момент палатка огласилась чьим-то ревом. Это хатифнатты наступил Хемулю на нос.
Тут уж все разом проснулись и вскочили на ноги. Поднялся неописуемый переполох. Испуганные вопросы сменялись громкими воплями, когда кто-нибудь, наступив на хатифнатта, обжигался или получал электрический удар. Хемуль ползал по всей палатке и кричал дурным голосом, потом запутался в парусе, и палатка рухнула прямо на всех. Это было что-то ужасное.
Впоследствии Снифф утверждал, что им понадобилось не меньше часа, чтобы выбраться из-под паруса. (Если он и преувеличил, то лишь самую малость.)
Так или иначе, когда все наконец выпутались из паруса, хатифнаттов с барометром и след простыл. И никто не горел желанием преследовать их.
Хемуль с причитаниями уткнулся носом в мокрый песок.
— Это уж слишком! — сетовал он. — Неужто бедный, невинный ботаник не может прожить свою жизнь в мире и покое!
— А жизнь вообще неспокойная штука! — восторженно заметил Снусмумрик.
— Дождь перестал, — сказал Муми-папа. — Посмотрите-ка, дети, небо прояснилось! Скоро начнет светать.
Муми-мама зябко поеживалась, крепко прижимая к себе свою сумку. Она взглянула на бурное ночное море и спросила:
— Ну как, отстроим заново дом и попробуем еще поспать?
— Не стоит, — сказал Муми-тролль. — Закутаемся в одеяла и переждем до восхода солнца.
Все уселись рядышком на песке и тесно прижались друг к дружке. Снифф устроился в самой середке — ему казалось, что так безопасней.
— Вы представить себе не можете, как это жутко, когда в темноте дотрагиваются до твоего лица, — сказала фрекен Снорк. — Это хуже любой грозы!
Так они сидели и любовались ясной ночью над морем. Ветер понемногу стихал, но волны прибоя все еще с ревом накатывали на берег. Небо на востоке начало светлеть. Было очень свежо. И тут, в этот ранний предрассветный час, показались хатифнатты. Они покидали остров. Их лодки одна за другой словно тени выскальзывали из-за мыса и уходили в открытое море.
— Браво! — воскликнул Хемуль. — Надеюсь, мне никогда больше не придется свидеться с хатифнаттами.
— Скорее всего они отыщут себе новый остров, — сказал Снусмумрик. — Таинственный остров, где никому не суждено побывать!
Тоскующим взором провожал он утлые суденышки Вечно Странствующих По Свету.
Фрекен Снорк спала, положив голову на колени Муми-тролля. На восточном горизонте проступила первая золотистая полоска зари. Словно розы, зарделись забытые бурей облачка, и солнце вознесло над морем свою пылающую главу.
Муми-тролль нагнулся разбудить фрекен Снорк, и тут ему открылось нечто ужасное: прелестная челка, украшавшая ее лоб, была начисто спалена! Причиной тому вероятнее всего было прикосновение хатифнатта. Что она теперь скажет, как он утешит ее? Это была катастрофа! Фрекен Снорк открыла глаза и улыбнулась.
— Послушай, — поспешно сказал Муми-тролль. — Со мною творится что-то странное! С некоторых пор мне куда больше стали нравиться девочки без волос, чем с волосами!
— Вот как! — удивилась фрекен Снорк. — Это почему же?
— С волосами они выглядят такими неряхами!
Тут фрекен Снорк подняла лапы, чтобы причесаться, но — увы! — единственное, что ей удалось нащупать, был малюсенький опаленный пучок волос. В глубоком ужасе она рассматривала его в зеркало.
— Ты стала плешивая, — сообщил Снифф.
— Нет, тебе и вправду так идет, — пытался утешить ее Муми- тролль. — Ну не надо плакать!
Но фрекен Снорк, лишившись своего главного украшения, бросилась на песок и горько разрыдалась.
Все собрались вокруг и пытались ее развеселить.
Не тут-то было!
— Понимаешь, — втолковывал Хемуль, — я родлися лысым, и вот ничего, отлично обхожусь без волос!
— Мы смажем тебе голову маслом, и они непременно снова отрастут, — вторил Муми-папа.
— И даже будут виться, — добавляла Муми-мама.
— Это правда? — всхлипывала фрекен Снорк.
— Ну еще бы! — заверила ее Муми-мама. — Представляешь, какой милашкой ты будешь с кудрями?
Фрекен Снорк перестала рыдать.
— Взгляни-ка на солнце, — сказал Снусмумрик.
Свежевымытое и прекрасное, поднималось оно над морем. А весь остров так и сверкал после дождя.
— А ну давайте-ка я сыграю утреннюю песню! — сказал Снусмумрик, доставая свою губную гармошку.
И все что было сил запели:
Солнце всходит, Скрылась ночь. Хатифнатты Смылись прочь. О вчерашнем Не грусти! Лучше кудри Отпусти! Пи-хо!
— А ну, айда купаться! — крикнул Муми-тролль.
Все разом натянули плавки и бросились в волны прибоя (точнее сказать, все, кроме Хемуля, папы и мамы — им казалось, что для купания еще слишком свежо).
Белопенно-зеленые, цвета бутылочного стекла волны накатывали на пляж.
О, счастье быть муми-троллем, который только проснулся и уже пляшет среди зеленых волн на восходе солнца!
Ночь была забыта, впереди был новый долгий июньский день. Словно дельфины, проскакивали они сквозь волну или плавно неслись на ее гребне к берегу, где Снифф рыл ямки в песке, которые сразу же наполнялись водой. А Снусмумрик заплыл на спине подальше в море и смотрел в золотисто-голубое небо.
Тем временем Муми-мама сварила кофе на очаге из камней и стала искать банку с маслом, которую зарыла от солнца в песок. Но проискала она напрасно: банку унесло бурей.
— Как же я сделаю бутерброды! — сетовала она.
— Надо разведать, не принесла ли буря чего взамен, — сказал Муми-папа. — После кофе отправимся в исследовательскую экскурсию и посмотрим, что выброшено морем на берег!
Так они и сделали.
На другой стороне острова вздымали из моря свои отшлифованные спины первозданные скалы. Там можно было найти песчаную площадку, усеянную ракушками, — потаенное место плясок морских русалок или таинственные темные расщелины, где прибой бьет гулко, словно в железную дверь. В одних местах среди утесов мог открыться небольшой грот, в других утесы круто обрывались вниз, образуя громадные котлы, в которых, шипя, бурлили водовороты.
Они разделились, и каждый отправился своим путем на поиски принесенного морем добра и обломков потерпевших крушение кораблей. Интереснее этого занятия нет на свете, ведь можно найти самые удивительные вещи, а вылавливать их из воды зачастую страшно трудно и опасно.
Муми-мама спустилась на песчаную площадку, укрытую за огромной скалой. Тут кучками росли голубые морские гвоздики и дикий овес, и в их тонких стеблях шелестел и посвистывал ветер. Муми-мама прилегла у скалы с подветренной стороны. Ей были видны лишь голубое небо да морские гвоздики, качавшиеся над самой ее головой. «Полежу здесь совсем немножко», — подумала она и тут же заснула глубоким сном на теплом песке.
Ну а Снорк — тот вскарабкался на вершину самой высокой скалы и огляделся. Остров распахнулся перед ним от побережья до побережья и казался букетом цветов, плывущим по неспокойному морю. Вон виднеется маленькая движущаяся точка — это Снифф, он ищет обломки кораблекрушения, вон мелькнула шляпа Снусмумрика, а вон Хемуль выкапывает особо редкую разновидность венерина башмачка… А вон там — это как дважды два четыре — там ударила молния! Большущая каменная глыба, больше, чем десять Муми-домов, вместе взятых, раскололась, словно яблоко, и обе половины раздались в стороны, образовав ущелье с отвесными стенами. С замиранием сердца вошел Снорк в ущелье и осмотрелся. Вот здесь она прошла! Извилистой черной как уголь линией обозначился ее путь по обнажившемуся нутру камня. А с нею рядом бежала другая полоска, светлая и блестящая! Это было золото, не что иное, как золото!
Снорк ковырнул полоску ножом. В лапу ему упала золотая крупинка. Он отколупнул еще и еще. Словно в горячке выковыривал он куски один другого крупнее и скоро забыл обо всем на свете, кроме вскрытых молнией золотых жил. Теперь он уже был не какой-то там собиратель выброшенных морем обломков кораблекрушения, а настоящий золотоискатель!
Снифф же тем временем сделал совсем немудреное открытие, но и оно подарило ему немудреную, а все же радость: он нашел пробковый пояс — пояс, отчасти разъеденный морской водой, но пришедшийся ему как раз впору.
«Ну вот, теперь я могу выйти на большую воду! — подумал Снифф. — Уж теперь-то я наверняка научусь плавать не хуже других! То-то Муми-тролль удивится!»
Чуть подальше среди скруток бересты, поплавков от сетей и водорослей он нашел рогожу, почти целый ковшик и старый башмак без каблука — бесценные сокровища, когда отнимаешь их у моря!
Тут Снифф завидел вдали Муми-тролля. Тот стоял в воде и что-то тащил, дергал к себе изо всех сил. Явно что-то очень большое! «Жалко, что не я первый увидел! — подумал Снифф. — Вот только что бы это могло быть?»
А Муми-тролль уже вытащил на берег свою находку и покатил ее перед собой по песку. Снифф все вытягивал и вытягивал шею — и наконец разглядел. Это был буй! Большой, пестро раскрашенный буй!
— Пи-хо! — крикнул Муми-тролль. — Ну что скажешь?
— Ничего буй! — критически отозвался Снифф, склонив голову набок. — Ну а как тебе понравится вот это?
И он выложил свои находки на песок.
— Пояс хорош, — сказал Муми-тролль. — Ну а половинка-то ковша на что?
— Будет служить, если черпать быстро-быстро, — ответил Снифф. — Слушай, а не поменяться ли нам? Рогожа, черпак и башмак за один старый буй? Поменяемся?
— Ни за что на свете, — ответил Муми-тролль. — Но вот дать за твою пробковую никчемушку таинственный талисман, приплывший сюда из дальних стран, — это могу.
Он достал какую-то диковинную штуку из дутого стекла и потряс ее. В стеклянном шаре вихрем вскружились снежинки и опали на домик с окнами из посеребренной бумаги.
— Ой! — сказал Снифф, и жестокая борьба разыгралась в его сердце, всегда вожделевшем к вещам.
— Смотри! — сказал Муми-тролль и опять встряхнул шар.
— Не знаю, — в отчаянии проговорил Снифф, — просто не знаю, что мне больше нравится — спасательный пояс или этот зимний талисман! Мое сердце разрывается пополам!
— Это наверняка единственный снежный талисман, существующий в данный момент на свете, — сказал Муми-тролль.
— Но я просто не в силах расстаться со спасательным поясом! — жалобно сказал Снифф. — Муми-тролль, дружочек, а нельзя ли как-нибудь поделить с тобой этот снежный буранчик?
— Гм!.. — отозвался Муми-тролль.
— Ну, скажем, я только иногда буду брать его у тебя, — просил Снифф. — По воскресеньям, а?
Муми-тролль немного подумал.
— Ладно, — сказал он. — Можешь брать его по средам и воскресеньям.
А где-то далеко-далеко брел Снусмумрик. Он шел у самой воды, и когда волна, шипя, норовила лизнуть его ботинки, он смеясь отскакивал прочь. Ох, как злилась тогда волна!
Неподалеку от мыса Снусмумрик повстречал Муми-папу. Тот вылавливал из воды бревна и доски.
— Ну как, здорово? — отдуваясь, сказал Муми-папа. — Из всего этого я построю причал для «Приключения»!
— Может, вам помочь с вытаскиванием? — спросил Снусмумрик.
— Нет, нет! — испуганно сказал Муми-папа. — Управлюсь один. Хотите вытаскивать, попробуйте найти что-нибудь сами.
Тем временем фрекен Снорк лазала по скалам на далеком мысу. Свою спаленную челку она прикрыла венком из морских лилий, и мечталось ей о такой находке, чтобы все ахнули от зависти и удивления. А когда наудивляются вдоволь, она отдаст ее Муми-троллю. (Разумеется, если находка не украшение.)
Вздыхая, оглядела она пустынное побережье и вдруг остановилась как вкопанная, а сердце так и затрепетало у нее в груди. Там, в самом конце мыса… Нет, это было слишком страшно! Там кто-то лежал в воде и колотился головой о прибрежные камни! И этот кто-то был ужасно большой, в целых десять раз больше маленькой фрекен Снорк!
«Сейчас же побегу за остальными, — подумала она, но не побежала. — Смелей! — сказала она себе. — Давай посмотрим, кто это!» И, вся дрожа, приблизилась к тому страшному, что лежало в воде. Это была большая женщина…
Фрекен Снорк сделала несколько робких шагов и словно к земле приросла от изумления: женщина была деревянная! И еще она была удивительно красивая. Лицо ее безмятежно улыбалось, у нее были румяные щеки и губы, круглые, широко раскрытые голубые глаза. Волосы ее, тоже голубые, длинными крашеными локонами спадали на плечи…
«Это королева», — подумала фрекен Снорк.
Руки прекрасной женщины были скрещены на груди, блиставшей золотыми цветами и цепями, а платье начиная от тонкой талии струилось мягкими красными складками. И все это было из крашеного дерева. Но что самое удивительное — у женщины совсем не было спины.
«Пожалуй, это слишком роскошный подарок для Муми-тролля, — размышляла про себя фрекен Снорк. — Но все равно он будет его!»
И вот под вечер в бухточку, где стояла лодка, приплыла страшно гордая фрекен из породы Снорков. Она гребла одним веслом, восседая на животе деревянной королевы.
— Неужели ты нашла лодку? — спросил Снорк.
— И привела ее сюда совсем одна? — подивился Муми-тролль.
— Это носовая фигура корабля, — объяснил Муми-папа, много плававший в дни своей юности. — Такой красивой деревянной королевой моряки украшают форштевень судна.
— Зачем? — спросил Снифф.
— Так, для красоты.
— А почему у нее нет спины? — спросил Хемуль.
— Да ведь иначе ее не укрепишь на штевне, — сказал Снорк. — Это каждому младенцу понятно.
— Она слишком велика, и ее нельзя приколотить к носу «Приключения», — сказал Снусмумрик. — Жаль, чертовски жаль!
— О, прекрасная дама, — вздохнула Муми-мама. — Подумать только! Быть такой красивой и не получать никакой радости от своей красоты!
— Что ты хочешь с ней делать? — спросил Снифф.
Фрекен Снорк опустила глаза и застенчиво улыбнулась.
— Я хочу подарить ее Муми-троллю.
У Муми-тролля язык отнялся от неожиданности. Красный как рак выступил он вперед и отвесил низкий поклон. Фрекен Снорк, вне себя от смущения, сделала книксен, и все вместе выглядело так, будто они пришли на званый вечер.
— Сестричка, — сказал Снорк, — ты еще не видела, что нашел я!
И он гордо показал на сверкающую груду золота, сложенную на песке. Фрекен Снорк сделала большие глаза.
— Неужели настоящее золото? — выдохнула она.
— Да, и есть еще много-много! — похвастался Снорк. — Целая гора!
Ах, сколько тут было любования находками! Муми-семейство вдруг разбогатело. Но самым драгоценным его достоянием было все же носовое украшение и снежный буран в стеклянном шаре. Парусная лодка, отчалившая наконец от необитаемого острова при последних отзвуках бури, была нагружена до отказа. В ее кильватере плыл целый флот бревен и досок, а груз состоял из снежного талисмана, большого, пестро раскрашенного буя, ботинка без каблука, половинки ковша, спасательного пояса, рогожи и золота, а в носу лежала деревянная королева. Рядом с нею сидел Муми-тролль, положив лапу на ее красивые голубые волосы. Счастью его не было предела!
А фрекен Снорк посматривала на них и думала: «Ах, быть бы мне такой же красивой, как деревянная королева! А то ведь я теперь даже без челки…»
От ее радости не осталось и следа. Наоборот, она была почти печальна.
— Тебе нравится деревянная королева? — спросила она.
— Очень! — ответил Муми-тролль, даже не взглянув на нее.
— Но ведь ты же сам говорил, что не любишь девочек с волосами. Да и вообще она только раскрашенная!
— Зато как раскрашенная!
Фрекен Снорк помрачнела. Она смотрела в море неподвижным взглядом, чувствуя, как к горлу ей подкатывает комок, и мало-помалу серела.
— У нее ужасно глупый вид! — сердито сказала она.
Тут только Муми-тролль поднял на нее глаза.
— Ты стала совсем серая, что с тобой? — удивленно спросил он.
— Ничего особенного!
Муми-тролль слез с носа и подсел к ней.
— А ведь у деревянной королевы в самом деле ужасно глупый вид! — сказал он немного погодя.
— Нет, правда? — сказала фрекен Снорк и снова порозовела.
Солнце медленно клонилось к закату, расцвечивая мертвую зыбь золотым и зеленым. Все стало золотым или золотистым — парус, лодка, ее пассажиры. Далеко на горизонте пламенел в лучах заката остров хатифнаттов.
— Интересно, что вы намерены предпринять с золотом Снорка? — спросил Снусмумрик.
— Обложим цветочные клумбы, пусть служит украшением, — сказала Муми-мама. — Разумеется, только куски покрупнее, мелочь-то совсем не имеет вида.
Все сидели молча и смотрели, как солнце погружается в море, а краски блекнут, переходя в голубой и фиолетовый. Плавно покачиваясь, «Приключение» шло к родным берегам.

Читать сказки Туве Янссон. Содержание